Источниковедение

Джон Тош.

Стремление к истине. Как овладеть мастерством историка.



Историки – это скрупулезные мастеровые, составляющие из разных деталей, порой мельчайших, сложную конструкцию – историческое исследование. Стать мастером своего дела удается далеко не каждому. Как, какими методами изучать историю? Что такое исторический факт? Какие школы и направления в изучении истории существовали в прошлом и какие появились совсем недавно? Эти и многие другие вопросы рассматривает в своей книге известный британский историк Джон Тош.



Фундаментальной предпосылкой историзма является уважение к независимости прошлого. Сторонники историзма считают, что каждая эпоха

представляет собой уникальное проявление человеческого духа с присущими ей культурой и ценностями. Если наш современник хочет понять другую эпоху, он должен осознать, что за прошедшее время условия жизни и менталитет людей – а может быть, и сама человеческая природа – существенно изменились. Историк не страж вечных ценностей; он должен стремиться понять каждую эпоху в ее собственных категориях, воспринять ее собственные ценности и приоритеты, а не навязывать ей наши. Однако историзм – это не просто призыв: «Любители старины –
объединяйтесь!». Его сторонники утверждали, что культура и институты их собственной эпохи могут быть поняты лишь в исторической перспективе. Одним словом, история – это ключ к пониманию мира. (С. 16).



Новым в подходе сторонников историзма было понимание ими необходимости реконструировать также атмосферу и менталитет прошлого – без этого простое описание событий теряет всякий смысл. Главной задачей историка стало выяснение, почему люди прошлого поступали так, а не иначе, поставив себя на их место, глядя на мир их глазами и по возможности оценивая его по их стандартам. (С. 17).



Историческое сознание, в том смысле как его понимают сторонники историзма, основывается на трех принципах. Первый и наиболее фундаментальный из них – это различие; то есть признание, что нашу эпоху и все предыдущие разделяет пропасть. Поскольку ничто в истории не стоит на месте, время существенно изменило наш образ жизни. Ответственность историка в первую очередь состоит в учете различия между прошлым и настоящим; и соответственно, одним из величайших его прегрешений является бездумная убежденность в том, что люди прошлого вели себя и мыслили так же, как мы. (С. 18).

Предмет исследования нельзя вырывать из окружающей обстановки – таков основополагающий принцип работы историка. (С. 19).

Точно так же, как нельзя судить о важности археологической находки, не зафиксировав ее точное положение на месте раскопок; любые наши знания о прошлом следует помещать в современный им контекст. Это жесткий стандарт, требующий обширных знаний. Часто именно этим профессиональный историк и отличается от любителя.



Третий фундаментальный аспект исторического сознания – это понимание истории как процесса, связи между событиями во времени, что придает им больший смысл, чем их рассмотрение в изоляции. (С. 20).





Данилевкий И. И., Кабанов В. В., Медушевская О. М.. Румянцева М. Ф.

Источниковедение. Теория. История. Метод.

Источниковедческий анализ и синтез - это система исследовательских процедур, ни один из элементов которой не может быть опущен без ущерба для конечного результата. (С. 15).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Румянцева М. Ф.
Теория истории.


Учебное пособие соответствует разделу «Теория истории» курса «Теория и методология истории», предусмотренного Государственным образовательным стандартом высшего профессионального образования для специальностей «История» и «Историко-архивоведение». В пособии последовательно рассматривается развитие методов построения теорий исторического процесса в XVIII—XX вв., раскрывается социокультурная обусловленность смены целей и способов историописания. Особое внимание уделено методу сравнительно-исторического исследования как одной из методологических основ построения исторического метарассказа. Специально анализируется кризис исторического метарассказа в ситуации постмодерна и раскрываются возможности источниковедческой феноменологической парадигмы гуманитарного знания в преодолении кризиса глобальных исторических построений.
Для студентов и аспирантов, специализирующихся в области истории и других гуманитарных науках.













Кузищин В. И.

Источниковедение Древней Греции (эпоха эллинизма).


В учебном пособии впервые в отечественной и зарубежной литературе дан всесторонний анализ источников, запечатлевших социально-экономические отношения и политическую и культурную историю Греции эллинистического периода; рассмотрены исторические сочинения , произведения специальной и художественной литературы, данные эпиграфики, нумизматики, папирологии, археологических памятников. Проанализированы источники по истории основных регионов эллинистического мира - птолемеевского Египта, селевкидской державы, Балканской Греции и Македонии, греческих центров Причерноморья; охарактеризованы источники времен Александра Македонского (40-20-е годы IV в. до н. э.), а также исследуются некоторые материалы, касающиеся общих проблем источниковедения.
Для студентов исторических факультетов университетов, пединститутов и специалистов-гуманитариев.


Исторический источник отражает объективную реальность, историческую действительность, а не является реализованным продуктом человеческой психики, как утверждают неокантианцы.
Вместе с тем в источнике проявляется субъективный элемент — субъект, его создавший. Отражая объективную действительность, создатель (или создатели) источника в то же время преобразует ее в свои ощущения, чувства, понятия, суждения, так сказать творит свою действительность. Сам процесс отображения проявляется как неразрывное взаимодействие субъекта с объектом. Исторический источник — это объект, созданный человеком на основе субъективных образов объективного мира и потому он является надежным средством познания исторической действительности.
Таким образом, исторический источник бесчисленными нитями связан с исторической действительностью и отражает ее в самых различных ракурсах и планах. Мастерство источниковеда, совершенствование методики исследования, общий прогресс науки открывают все новые и новые стороны этих связей. Отсюда следует первостепенный вывод о неисчерпаемости источника для исследования; каждое новое поколение историков, продолжая процесс познания прошлого, получает новую информацию, выявляя в источниках новые грани и срезы действительности.
Итак, «исторические источники — все, непосредственно отражающее исторический процесс и дающее возможность изучать прошлое человеческого общества, т. е. все созданное ранее человеческим обществом и дошедшее до наших дней в виде предметов материальной культуры, памятников письменности, идеологии, нравов, обычаев, языка» (СИЭ, т. 6. Источниковедение). Из данного определения вытекает ряд кардинальных теоретических проблем источниковедения, в частности проблема первоисточника и источника вторичного, их соотношения, сходства и различия. Первоисточник создается его творцом как субъективный образ исторической действительности, как непосредственное и прямое отражение реальности, в то время как вторичный источник основан на данных других источников и отображает /6/ объективный мир не непосредственно, а через призму других, уже созданных субъективных образов. Отличительной чертой первоисточника является то, что в нем независимо и самостоятельно, хронологически впервые по сравнению с другими источниками получили отображение исторический факт, явление или событие. Вторичные источники и первоисточники органически связаны друг с другом, поскольку любой историк (например, Геродот или Фукидид, Ксенофонт или Полибий) не только использует имеющиеся источники, но и непосредственно наблюдает и отображает действительность. Очень часто первоисточник отражает единичный факт, конкретное событие или явление, а вторичные источники на основе первоисточников дают более обобщенную картину, в которой проработана сумма фактов. Первоисточник стоит ближе к историческому факту, и в этом его специфика, интерес, важность как исходного пункта исследования. Однако отсюда еще не следует прямого вывода, будто первоисточник всегда достовернее вторичного источника. Достоверность источника — одна из центральных проблем источниковедения как научной дисциплины, т. е. адекватность отображения исторической реальности зависит от многих причин, а не только от факта непосредственной близости первоисточника к действительности. Например, историческое сочинение Фукидида шире, полнее, богаче отображает события Пелопоннесской войны, чем положенные в ее основу отдельные первоисточники.







Марк Блок.

- Апология истории
- Ремесло историка
- К сравнительной истории европейских обществ
- Короли-чудотворцы [очерк представлений о сверхъестественном характере королевской власти, распространенных преимущественно во Франции и в Англии]
- Феодальное общество
- Характерные черты французской аграрной истории.

Французский историк, автор трудов по западноевропейскому феодализму, аграрным отношениям во Франции, общим проблемам методологии истории. Один из основателей одноименной школы, произведшей переворот в исторической методологии. Участвовал в I и II мировой войнах в чине капитана, в 1940 году эвакуирован из Дюнкерка в Британию, вернулся оттуда во Францию, где участвовал в движении Сопротивления. В марте 1944 года был арестован гестапо, выдержал все пытки, не раскрыв ни имен, ни явок. 16 июня того же года был расстрелян вместе с группой патриотов.









Рохас К.
Критический подход к истории французских "Анналов".


В книге Карлоса Антонио Агирре Рохаса, профессора Национального Автономного Университета Мехико подведен итог существования "Анналов" с 1929 по 1999 гг. в критической, компаративной и глобальной перспективе. Автор затрагивает обходившиеся молчанием взаимоотношения между "Анналами" и марксистской историографией, а также историю отношений этого движения с различными традициями социальной и критической мысли прошлого века.
Для специалистов-историков и культурологов, а также широкого круга читателей.





















Антуан Про.
Двенадцать уроков по истории.


Преподавание истории «не является политически нейтральным… История, по определению, учит тому, что режимы и институты сменяются. История есть деятельность по десакрализации политики. Поэтому реакционные режимы еще могут допустить существование истории, сведенной к хронологии и занимающейся историей церкви и отдаленного прошлого. Но стоит ей обратиться к Новому времени,… как ее начинают подозревать в сговоре с вольнодумством. (С. 22).

Конференция обязательно предполагает дискуссию. Бывают среди них и интересные, однако очень часто эти дискуссии просто скучны и не несут ничего нового. Самыми интересными участниками таких мероприятий являются начинающие историки, когда им есть что сказать. (С. 54).

История основывается на фактах, и любой историк обязан приводить их в поддержку своих утверждений. Солидность исторического текста, его научная приемлемость зависят от того, насколько аккуратно и корректно автор воссоздал факты. Следовательно, обучение ремеслу историка включает в себя одновременно критический анализ, знание источников и умение формулировать проблему. Нужно учиться правильно конспектировать, правильно читать текст, не заблуждаясь относительно его смысла, значения и намерений его автора, и корректно формулировать задачи исследования… Плохо это или хорошо для нее, но история не терпит неточностей… И для того, чтобы оспаривать какую-либо версию, нужно представить иные факты, иные даты и сноски на иные источники. (С. 79).

Справочный аппарат, с одной стороны, «делает возможной проверку того, о чем говорится в тексте; и в этом смысле из-за него текст как бы проигрывает в своей авторитетности. Наличие справочного аппарата означает: «То, что я говорю, изобрел не я; пойдите и посмотрите сами, и вы придете к тем же выводам». Но, с другой стороны, оно является наглядным свидетельством научности и выставлением напоказ учености автора и в этом смысле может служить доводом в пользу его авторитетности. Некоторые историки обращаются с критическим аппаратом, как с оружием устрашения: он служит им для того, чтобы запугать читателя, показать ему масштабы его незнания и внушить тем самым уважение к такому ученому автору. Бывает также, что изобилие ссылок служит для предупреждения критики со стороны коллег: автор выказывает им свое уважение или демонстрирует, что он в курсе всех ведущихся споров. Но когда делаются ненужные ссылки, то это уже свидетельствует о том, что автор не уверен в своей компетентности, что ему нужно укрепить свой недостаточно прочный авторитет, без чего, по его мнению, невозможно представление исторического текста на суд публики. (С. 280).







Данилевский Игорь Николаевич.

Окна в прошлое: как устроены исторические источники.


Доктор исторических наук (2004), доцент РГГУ (1991), заместитель директора Института всеобщей истории РАН (2001—2010), заведующий Кафедрой истории идей и методологии исторической науки Факультета истории Высшей школы экономики (2010).

Лектор рассказывает, откуда историки узнают, что происходило в Древней Руси, как создавались древнерусские тексты, что имели в виду их авторы и как сегодня читают их современные историки. Правильно ли мы понимаем древнерусских авторов, а если нет, — почему?

















Коломийцев В.Ф.

Методология истории (от источника к исследованию)

Учебник для студентов-историков, преподавателей и начинающих исследователей, которым постоянно приходится сталкиваться с необходимостью теоретического осмысления наиболее употребимых приемов исследования. Данная монография, написанная доктором исторических наук профессором В.Ф.Коломийцевым, посвященная более подробному рассмотрению этих проблем, будет необходима начинающим историкам и полезна тем, кто занимается историческими исследованиями давно.

























Р. Дж. Коллингвуд.

Идея истории..

Каждый историк, как мне кажется, согласился бы с тем, что история – это разновидность исследования или поиска.

История есть интерпретация фактических данных (evidence), причем фактические данные – это собирательное имя для вещей, которые по отдельности называются документами. Документ же – вещь, существующая здесь и теперь, вещь такого рода, что историк, анализируя ее, может получить ответы на поставленные им вопросы о прошлых событиях.

Познание самого себя означает, во-первых, познание сущности человека вообще, во-вторых, познание типа человека, к которому вы принадлежите, и, в-третьих, познание того, чем являетесь именно вы и никто другой. Познание самого себя означает познание того, что вы в состоянии сделать, а так как никто не может знать этого, не пытаясь действовать, то единственный ключ к ответу на вопрос, что может сделать человек, лежит в его прошлых действиях. Ценность истории поэтому и заключается в том, что благодаря ей мы узнаем, что человек сделал, и тем самым – что он собой представляет.







Константин Асмолов.

Антиревизионизм — Краткий курс источниковедения для "чайников".

В нашей культуре существует созданный Пушкиным миф, о летописце, который без гнева и пристрастья регистрирует происходящие события и сообщает нам истину. Миф прекрасен. Его единственная проблема в том, что таких летописцев никогда не было. Книги писали и пишут конкретные люди, у которых были свои цели, свои любимчики и свои представления о том, что происходило в мире и как это должно быть описано. Мера ангажированности летописца различна, и историография учит отделять труд нейтрального историка от попыток вовлеченного в ситуацию лица протащить в анналы заданную точку зрения на проблему.









Разное


Историческая наука, пожалуй, одна из самых сложных и противоречивых сторон исследовательской деятельности, поскольку доля субъективизма в трактовке и оценке тех или иных исторических событий неизбежно присутствует в любой работе. Поэтому с течением времени исследования одного ученого-историка превращаются в источник или предмет изыскания другого ученого-историка, более поздней эпохи.
Из Предисловии к Русской истории Покровского М. Н. в 3-х томах.​

Возможно, что именно с источниковедческими просчётами связано и то обстоятельство, что большинство обобщающих работ о скифах, рассмотренных ранее, принадлежащих перу ведущих скифологов, носит научно-популярный характер. Этот жанр даёт возможность учёным высказывать выношенные ими взгляды, положения и гипотезы, не подкрепляя их аргументацией, построенной на серьёзном источниковедческом анализе. В этих работах нередко содержатся гипотетические положения и допущения, которые благодаря научному авторитету их авторов часто служат в дальнейшем опорой для построений исследователям, уже не критически воспринимающим высказанные ранее остроумные гипотезы.
Нейхардт А. А. Скифский рассказ Геродота в отечественной историографии. Ленинград. Наука. Ленинградское отделение, 1982, с. 184.

На исторических факультетах чуть ли не с первого курса учат, что наши предки при совершении определенных действий руководствовались определенными мотивами. Чтобы понять их, необходимо привлекать герменевтику, т.е. методы интерпретации человеческого действия и памятников прошлого.
Если два свидетельства в изложении одного события противоречат друг другу, то нет никаких причин полагаться только на личные эмоции и отдавать предпочтение одному нарративному источнику, и при этом игнорировать другой. В современной медиевистической русистике принято считать, что причина отбора источника и степень доверия к нему должны быть вдумчиво объяснены. Историк сравнивает источники между собой, выявляет степень и уровень их согласованности, противоречий, дополнений и т.д. Это долгая, нудная, но необходимая работа.

один и тот же источник может содержать и достоверные и недостоверные сведения по различным вопросам.
Алексей Лобин. Пещерное источниковедение.

Без критического анализа источников, выполненного по определенной строгой методике, любые факты истории — не факты.
Лев Клейн. Горькие мысли «привередливого рецензента» об учении Л.Н.Гумилёва.

У гуманитария же вообще нет возможности что-либо доказать в абсолютном смысле этого слова. Если слово «доказать» и применяется иногда в гуманитарных науках, то лишь в несколько ином, более слабом, смысле, чем в математике. Строгого определения для этого «доказательства в слабом смысле», по-видимому, дать невозможно. Практически имеется в виду, что предложенная гипотеза, во-первых, полностью согласуется со всей совокупностью уже известных фактов, имеющих отношение к рассматриваемой проблеме, во-вторых, является почему-либо безусловно предпочтительной из всех прочих мыслимых гипотез, удовлетворяющих первому требованию. В отличие от математического доказательства, «доказательство в слабом смысле» может и рухнуть, если откроются новые факты или будет выяснено, что автор не учел каких-то принципиально мыслимых возможностей. Всё это не значит, однако, что утверждения гуманитарных наук вообще не могут претендовать ни на какую точность и надежность и что в этой области любая гипотеза не хуже и не лучше, чем любая другая. В гуманитарных науках, так же, как, например, в естествознании, долгим опытом выработаны критерии, позволяющие оценивать степень обоснованности того или иного утверждения даже при условии невозможности доказательства в абсолютном смысле.
А. А. Зализняк. Лингвистика по А. Т. Фоменко.

Самостоятельная трактовка отдельных сведений древних источников нередко методологически несостоятельна, иногда явно неверна.
Грантовский Э. А. Ранняя история иранских племён Передней Азии. Москва. Восточная литература РАН. 2007 г., с. 74.

Знать то, что содержат источники - недостаточно. Самое главное: во-первых, знать методы исследования источников и уметь ими пользоваться. Во-вторых, существует особая схема анализа всякого источника. Владеть этой схемой обязан всякий уважающий себя историк. Первой премудрости учит методология, второй - источниковедение.
Методология и источниковедение + естественно, источники = суть рабочие инструменты всякого историка - как кисть для художника, как музыкальный инструмент для музыканта.
Но как из скрипки и фортепиано человек не владеющий музыкальной грамотой не сможет извлечь ничего кроме скрипа и какофонии, так и историк не сможет стать профессионалом, не овладев указанными выше дисциплинами.
Всякий источник анализируется примерно по следующей схеме:
внешняя сторона:
- исторические условия, в которых был создан данный документ
- конкретные обстоятельства, сопровождающие его создание
- Персоны, принимавшие участие в создании данного документа (ибо всякий документ - есть суть плод рук человеческих - а потому всегда присутствует элемент субъективизма, предвзятости и пр.)
- Цель создания документа
внутренняя сторона:
- Что из себя представляет документ? - напечатан, написан от руки, каким цветом, какие на нем есть приписки, подписи, замечания на полях. При чем для каждой темы есть своя специфика. Отмечу тут по своей теме - нередко подписи под документом важнее самого документа, поскольку моя работа подразумевает прежде всего персональную идентификацию.
В. В.Каминский.